Бакиев откроет в Минске "Дордой".

[bola]

23 апреля 2010 г., Новости-kg. В интервью изданию "Русский пепортер" К. Бакиев пообещал, что откроет в Минске "Дордой"-базар. Однако, наверняка передумает. Еще раз.

«Буду делать игрушки»

Дмитрий Великовский

Через десять дней после начала революции в Киргизии Курманбек Бакиев сложил-таки с себя полномочия президента и покинул страну. Последнее интервью в качестве президента накануне бегства из страны, он дал корреспонденту «РР» — уже понимая бесперспективность борьбы за власть. Бакиев объяснил, за что его должен любить киргизский народ, как и почему он обманул Дмитрия Медведева с американскими военными базами и чем займется в изгнании.

— Чувствуете ли вы вину за то, что произошло в Киргизии?

— У меня сегодня были правозащитники и говорят: «Как вы себя чувствуете?». Я говорю: «Ну, как может себя чувствовать президент, у которого в стране случилась такая трагедия? Конечно, боль, ужасное состояние, угнетенное». Я чувствую, хоть непосредственно вины моей в этом нет, что я морально не имею права дальше управлять этой страной. Потому что столько человеческих жертв, столько раненых.

— У этих событий были какие-то предпосылки? Ведь на ровном месте революций не бывает.

— Серьезных экономических, социальных предпосылок не было. Почему оппозиция пошла на такой шаг? Она поняла, что экономически она действующей власти проиграла, то есть, она не могла конкретно ни какую-то программу предложить, ни какой-то путь развития. У нее этого ничего не было. Единственное у них было желание – прийти к власти, любой ценой взять эту власть. И путь был один – надо дать человеческие жертвы, пустить кровь. Это способ, которым в большинстве случаев можно достичь своей цели.

— Дмитрий Медведев сказал, что причина событий в Киргизии – в том, что власти не сумели консолидировать общество, добиться экономических успехов и договориться с оппозицией. Вас такая оценка не задела?

— Ну, если президент России считает, что наши экономические достижения не являются экономическими успехами, это его право. Но я-то, как президент своей страны, знаю. Вы можете выйти просто на улицу и спросить у людей, у простых граждан, вот чем пять лет назад, в последние годы жизнь стала лучше или хуже – все станет ясно. Я же не говорю вам статистику, мудреные цифры – рост ВВП, макроэкономическая стабильность, инфляция. Я говорю о реально сделанной работе: дороги, школы, строительство школ, обновление технологического парка, приобретение оборудования, налоги и, главное, пополнение государственного бюджета. Редко в какой стране бывает, Дмитрий, чтобы за четыре года бюджет страны вырос более чем в три раза. Это очень большая редкость. Мы этого достигли. Благодаря этому мы сумели многократно повысить зарплату, пенсию, пособия. Это все знают...

И только после этого мы снова начали вести переговоры с американцами — заметьте, на тех же условиях, что и наши коллеги. И в итоге они переделали военную базу в транзитный центр для транспортировки грузов. Но все равно это решение не понравилось руководству России. Я на эту тему даже говорил потом с Дмитрием Анатольевичем. Он говорит: «Ну, да, вы юридически, мол, сделали все правильно, но чисто вот так посмотреть, практически база осталась, там контингент».

— Возможно, он был недоволен, потому что все-таки Россия имела в виду, что база исчезнет совсем, в любом виде.

— Совсем, да.

— И с выводом американской базы увязывалась российская экономическая помощь. Деньги вы взяли, а база осталась.

— Естественно.

— Как-то это выглядит не по-джентльменски.

— Да, здесь я спорить не буду. Но я сделал это в интересах Кыргызстана.

— А не наступили вы на те же грабли что и Акаев, сконцентрировав всю власть в руках одного клана, своей семьи?

— Я думаю, что частично в этом есть правда, но не вся. Кое в чем я с вами согласен.

— В чем правда, в чем неправда?

— Правда, что касается семейного управления. Но с другой стороны — как можно обвинять президента в том, что его братья имеют образование, с головой у них все в порядке? Они ведь и без моей помощи многого достигли. Почему особенное недовольство среди оппозиционеров вызвало назначение моего сына Максима руководителем Центрального агентства развития, инвестиций и инноваций? Потому что он как бизнесмен высокого уровня знал все механизмы хищения, механизмы воровства. Он просто не давал им воровать (Сам воровал! Прим. Новости-kg). И когда я его назначил, я же брал ответственность на себя, раз я сына ставлю на такую должность.

— Я правильно понимаю, что при назначении родственников на важные посты важен фактор доверия?

— Конечно. Ведь как бывало: назначаешь министра, губернатора, проходит полгода, год, потом смотришь – он в государственную казну полез. А тут-то все-таки сын, и он знает мои требования.

— С другой стороны, если вдруг родственник полезет, ему труднее дать по шапке, чем чужому человеку, нет?

— Смотря как. Я же старший в семье, а у нас, у азиатов, слово старшего – это закон. Потом, я не хвалюсь, у меня авторитет среди своих братьев безукоризненный. Поэтому все, что я говорю, они будут делать и делают.

— Когда общество разделено по национальному, клановому, религиозному признаку, эту проблему стараются решать. В многонациональном Дагестане хоть нигде и не задокументировано, но всем известно, что прокурор будет лезгин, глава – аварец. В Ливане своя проблема – религиозная. И у них тоже известно, что маронит будет главой государства, ну и дальше распределены все административные посты. И там это даже в законе прописано, и в парламенте есть сектор для маронитов. Считаете ли вы, что такие системы могут быть полезны для Киргизии с его делением на северные и южные кланы?

— Деление на северный и южный Кыргызстан конечно есть. Во времена руководства Акаева так произошло, что практически все руководители таких структур как МВД, ГКНБ, Минобороны, Конституционный суд, налоговая, таможня, МИД, — они были представителями севера. Южных было очень-очень мало.

— Во время вашего президентства все стало наоборот…

— Нет.

— Нет?

— Нет. Мы постарались как-то его выровнять, и все равно представителей северных территорий больше. Потому что за короткий промежуток времени невозможно подготовить кадры до определенного уровня, а тащить кого-то за уши только за то, что он южный невозможно. Я не тот руководитель, не тот политик, который шел по такому пути. Сделайте анализ. Спикер парламента у нас был с севера, премьер с севера, Верховный суд – с севера, Конституционный суд – с юга. Ну, из министров – то же самое. То правительство, которое ушло в отставку, там было 60% где-то с севера, процентов 40% — с юга. Я считаю, это более ли менее равное представительство.

— Как вам кажется, велика ли вероятность того, что Киргизия войдет в некий цикл, который известен во многих латиноамериканских странах, когда просто люди живут от революции к революции?

— Во-первых, это не революция, это вооруженный переворот.

— Хорошо, от одной хунты к другой хунте…

— А в 2005 году к власти пришла не хунта, там как раз была революция…

— И все же, не затянет ли Киргизию эта цикличность силовой смены власти?

— Не думаю. Народ Кыргызстана – мудрый и последние трагически события послужат хорошим уроком всем.

— Хочу спросить о вашем будущем ведь понятно, что президентом вас теперь никто уже не изберет и не назначит…

— Я и не хочу. Откровенно говоря, после всего того, что произошло, я очень устал, на груди очень тяжелый осадок, горечь. И если бы даже тащили меня в президенты, я бы сказал: «Все, ребята, давайте свежих людей, новых людей».

— А в какой стране думаете жить?

— Вы видите, я — русскоговорящий человек. Я французский язык в студенческие годы учил, но это было так давно. То есть мне больше подходят страны СНГ, я там чувствую себя комфортно. А вот ни в Европе, ни в США я адаптироваться не смогу, для меня это тяжело будет.

— А чем вы будете заниматься? Вот господин Акаев преподает.

— Нет, я преподавать, наверное, не смогу. Я, правда, преподавал, когда на заводе работал – в вечернем техникуме машиностроительном в Джалабаде. Но это меня не привлекает. Но я человек очень энергичный, деятельный, я не могу без работы. И, слава богу, у меня здоровье неплохое. Поэтому, найду занятие себе по душе. Я все-таки близок к производству, я – созидатель, я люблю создавать, производить. Крушить и ломать – это не мое. Открою производство каких-нибудь хороших товаров народного потребления.

— Каких, например?

— Пусть это будут игрушки. Для детей, чтобы они радовались, чтобы эти игрушки были экологически чистые, чтобы способствовали развитию интеллекта детского, чтобы они приносили им радость. А для взрослого человека, когда ты видишь, что то, что ты делаешь, радует ребенка, — это очень большая радость.

— Да, дети — они вообще симпатичней взрослых.

— Ну, это же цветы. Это, я считаю, самое чистое, самое святое.



Источник: http://www.rusrep.ru/articles/2010/0...iev_interview/



* * *

Академик и ученый Адамов назвал Бакиева "жуликом".

См. статью "Радио свобода".

[http://ptc.ucoz.ru/]

интересная статейка